Валерій Рижаков

В кинематограф Валерий Рыжаков пришел пятнадцатилетним мальчишкой. Среди его первых работ на экране: эпизодические роли школьников в фильмах "Повесть пламенных лет" и "Друг мой, Колька!" (мальчика даже не было в титрах) и главная роль отличника-труса Гарика Верезина в детском фильме "Мишка, Серега и я".

В 1967 году Валерий Рыжаков окончил Всесоюзный государственный институт кинематографии, мастерскую Владимира Белокурова. В 1968-70 годах он работал в Центральном театре Советской Армии, после чего полностью сосредоточился на кино, став актером киностудии имени Горького.

Валерий Рыжаков активно снимался в 70-е – 80-е годы, исполняя разноплановые роли. Одна из самых известных его ролей - Сергей Рязанцев по кличке "Червонец" в остросюжетном фильме режиссера Анатолий Бобровского "Возвращение Святого Луки" (1970). Актер создал образ запутавшегося молодого человека, попавшего под влияние хладнокровного и опытного вора.

Достоверность – вот, что всегда отличало героев Валерия Рыжакова. В спортивном фильме Якова Базеляна "Тренер" (1970) актеру досталась главная роль - тренера по спортивной акробатике Иннокентия Сосновского. И как одухотворенно играл Рыжаков! Заслуженной наградой за эту работу стала Серебряная медаль ВКФ спортивных фильмов в Риге.

Среди других персонажей, запомнившихся зрителю: гидролог Евгений Чимбарцев в детском фильме "Включите северное сияние", Юра Хмель в драме "Юркины рассветы", секретарь целинного райкома партии Владимир Петрович Ерошин в киноповести "Вкус хлеба" (Государственная премия СССР), капитан милиции Владимир Константинович Люсин в детективе "Ларец Марии Медичи", бригадир Константин Ильич Басаргин в драме "Впереди океан", Владимир Иванович Корин в шпионском фильме "Досье человека в "Мерседесе".

Валерий Рыжаков также много работал на озвучании фильмов (прежде всего прибалтийских). Его голосом, например, говорит Рихард Лозберг (герой актера Ромуальдаса Раманаускаса) в известной драме "Долгая дорога в дюнах".

Путь к Богу

Последовавшие во второй половине 80-х изменения в стране требовали от актеров учиться жить по-новому. Валерий Рыжаков вместе со своими коллегами создали гильдию актеров. "Сочиняли уставы, заключали договоры - было трудно, но интересно", - вспоминает Валерий Николаевич.

Потом возникла острая необходимость зарабатывать деньги, и Рыжаков начал осваивать совершенно новое для него издательское дело. С друзьями он издавал книги и брошюры для православного читателя. Ему удалось сделать несколько значительных вещей, например, возобновить выпуск копеечных книг и брошюр, которыми жила дореволюционная Россия, благодаря трудам известнейшего в то время книгоиздателя-просветителя Ивана Дмитриевича Сытина. Копеечные издания представляли собой, доступные небогатым людям неразрезанные листы с акафистами, молитвами. Параллельно он занимался выпуском и дорогих книг в твердом переплете, подарочных изданий. Дела шли хорошо, и вскоре Валерий Рыжаков стал одним из российских миллионеров-предпринимателей.

Впрочем, это продолжалось недолго. Наступивший очередной политический, а затем экономический, кризисы ударили по бизнесу Рыжакова. Сам он признается, что, наверное, смог бы удержаться на плаву, но… "В этот момент Бог послал мне человека, который перевернул в моем сознании - все! Я понял, что если Господь зовет меня войти в эту Реку, то не нужно долго размышлять, а нужно смело вступать в Нее" - говорит Валерий Николаевич.

Конечно, решение начать другую жизнь пришло к нему не вдруг, как это может показаться. Он всегда с большим уважением относился к Церкви и церковной жизни. В детстве бабушка водила его в храм на причастие, и это в то время, когда многие храмы были закрыты, а о Вере говорили преимущественно в пренебрежительном тоне, с насмешкой. Так постепенно, очень медленно, можно сказать, неосознанно в нем зрело желание стать православным христианином.

Узнав, что в Троице-Голенищеве открывается старинный храм Троицы Живоначальной, Валерий обратился к отцу настоятелю протоирею Сергию Правдолюбову принять его в братию. Он рассказывает: "Сначала я плотничал, затем столярничал, потом пономарил, начал петь на клиросе. И по истечении некоторого времени неожиданно открываю в себе: мне нечего в этой жизни противопоставить тому чуду, которое меня здесь, в Церкви Христовой, окружает. Больше того, мне даже страшно представить себе, что я могу хотя бы на мгновение оказаться не просто вне Церкви, а вне этой церковной ограды. И даже сейчас я содрогаюсь от мысли о том, как я жил без Причастия? Люди учатся, работают, разрабатывают какие-то проекты, копят на строительство дома, покупают квартиры, дачи, машины. Думают, что они живут. А они не ЖИВУТ! Потому что настоящая ЖИЗНЬ может быть только в Боге. Я никого не хочу обидеть. Но сегодня всю человеческую деятельность вне Бога я воспринимаю именно так и никак иначе".